Еее! Город не спит, но доверия нет.
Каждый второй тебе брат, пока выгодно, блядь.
Я слишком много увидел за эти года.
Ассасин. Ааааа,
погнали! Ассасин, мое сердце изо льда.
Я поднимался со дна, где не верят словам.
Черный капюшон, в моих глазах холода.
Я никому не продам ни себя, ни братана.
Ассасин, я иду, оставляя свой след.
Мои пацаны рядом, и страха здесь нет.
Сколько было потерь, не расскажет никто.
Я не верю словам, я смотрю на поступки давно.
Я помню те дни, когда пусто в кармане, когда улыбались в лицо, но за спиною поливали.
Когда ты никем был, никто не звонил, а как только поднялся — весь город братанил.
Я видел, как дружба меняется в прайс, как люди за выгоду предают свой базис.
Каждый второй тебе брат, пока выгодно, блядь.
Я слишком много увидел за эти года.
Ассасин. Ааааа,
погнали! Ассасин, мое сердце изо льда.
Я поднимался со дна, где не верят словам.
Черный капюшон, в моих глазах холода.
Я никому не продам ни себя, ни братана.
Ассасин, я иду, оставляя свой след.
Мои пацаны рядом, и страха здесь нет.
Сколько было потерь, не расскажет никто.
Я не верю словам, я смотрю на поступки давно.
Я помню те дни, когда пусто в кармане, когда улыбались в лицо, но за спиною поливали.
Когда ты никем был, никто не звонил, а как только поднялся — весь город братанил.
Я видел, как дружба меняется в прайс, как люди за выгоду предают свой базис.